Сначала я был наверху, где-то в облаке или там, где оно могло бы быть в этой местности. Солнца или другого светила не было, рассеянный световой поток окрашивал пространство подо мной цветом темного золота. Все вокруг имело очертания глубокого каньона, хотя его верха я не видел, так как находился ниже его уровня. События привлекшие мое внимание про исходили на левой стороне очень широкого дна каньона, разделенного рекой. С высоты птичьего полета я наблюдал, как мои друзья (из разных времен и мест) разбивали лагерь у левого склона каньона. Стена в этом месте не была отвесной, она больше походила на каменную ступень в три-четыре человеческих роста. Наверху была площадка шириной метров 30 или больше и лишь за ней начиналась сама стена горы.

Когда товарищи внизу начали натягивать канаты креплений, я увидел (хотя с такой высоты не мог разглядеть их лиц) что в нескольких местах крепления сломаются, не выдержав нагрузок. Мне нужно было к ним. Переместился мгновенно, - рядом с ними я был уже в теле. Хотя осознал это только после того как полез на каменную стену. На этой стене был закреплен один из канатов, карабин которого должен был лопнуть от нагрузки. И медленно поднимался вверх рядом с висящим канатом, не рискуя ухватиться за него. Когда подобрался к креплению карабина, начал осматривать детали соединения; рако-вины ржавчины на металлических частях и изжеванные нити черной веревки-каната, прошитого пунктирно-красной нитью.

Переделав крепления, хотел было уже спуститься, но вдруг заметил или скорее ощутил, что небольшой, но тяжелый валун вот-вот упадет вниз на разбиваемый лагерь. Я обернулся туда и закричал, пытаясь привлечь внимание. Люди внизу не слышали или не обращали внимания.

Меня парализовал страх, когда медленно-медленно кусок горной породы (цветом и структурой очень похожей на гранулу растворимого кофе, увеличенную до размеров автомобиля) начал свой путь вниз и именно через то место, гае я вжался в стену. Он медленно приближался ко мне (время растягивалось на метрах полета) и страх, сковавший меня, захлебнулся, не пересилив своего же напряжения, и освободил меня, Я чуть сдвинулся вправо и валун просвистел слева, над тем местом. где былa голова. Взгляд мой был прикован к камню и следовал за ним неотрывно. (Не уверен, что шея радовалась любознательности головы.)

Камень ухнул на площадку и покатился по склону вниз, к реке. В момент падения люди на площадке расступились, никто не был задет. Вмиг я оказался рядом с ними, на площадке. Задрав голову вверх, стоя лицом к месту, где я только что висел, я увидел ещё один камень, больше прежнего, он начинал вибрировать. Мозг рассчитал траекторию падения. Почему-то, хотя камень находился значительно левее первого, упасть он должен был тоже на площадку с людьми. Но когда он начал свой полет, я уже знал, что он никого не раздавит. После его падения сорвался ещё один валун, а левее - другой, и каждый был больше предыдущего. Начался медленный камнепад. Я увидел светло-золотистые облака, вылетающие из-за гребня каньона, - их гнал сильный, но беззвучный ветер темно-золотого цвета. Направление бега облаков совпадал с направлением падения глыб, - перпендикулярно стене каньона.

В момент падения каждой глыбы я перемешался в место её предполагаемого падения. Она летела прямо на меня, но всегда чуть-чуть промахивалась. И вот я увидел самую последнюю, Огромная, она напоминала бревно, увеличенное в сотни или тысячи раз. Хорошо помню, что на ней были высечены какие-то письмена, она была вся в них. Когда ЭТО покатилось с горы я понял, что оно придавит все пространство. Одновременна знал, что не пострадает никто. Приближалось оно неотвратимо долго. Я даже поторапливал его "быстрее, быстрее", а сам не двигался с места, наблюдая, как оно разрастается на все небо надо мной. Когда оно упало, задрожала вся земля, и поднялось огромное облако светло-коричневой пыли.

Все люди были целы. Я вдруг понял, что здесь все закончилось.