В ночном океане движется огромный корабль. Бесчисленное количество его палуб-этажей сверкает бело-желтой иллюминацией. Это целый мир на воде. Мы - я и Н. - находимся на нем, но почему-то лихорадочно ищем способ убраться отсюда. Я знаю, что там вдали, за правым бортом, есть земля или ещё что-то, что манит к себе.

Поиска шлюпки или иного плавсредства не помню. Вспоминается только спуск к черной ночной воде по штормтрапу. И вот мы вдвоем уселись в небольшую лодку. Озираюсь по сторонам в поисках весел, паруса иди хотя бы доски. Но, увы, ничего похожего нет. А корабль продолжает следовать своим курсом. Нашу лодку относит волной от уходящего корабля.

Отчего-то я перегнулся через корму лодки и там, под водой увидел винт, ось которого уходила под днище. Прыжка в воду не помню, - под водой оказался сразу, как только подумал об этом. Все просматривалось очень хорошо, видна была ось винта, закрепленная хомутами из серого металла прямо на киле лодки. Видны были доски днища лодки, и все это освещалось тусклым рассеянным светом. Я удивился, откуда свет, раз на поверхности ночь? Потом я попытался руками сдвинуть винт с места, но безрезультатно. Вмиг я переместился опять в лодку Н. спросила о моих успехах. Я объяснил, что не могу понять как этот винт вообще может двигаться, если он наглухо закреплен и какой-либо приводящий механизм отсутствует. В это время передо мной или в моей голове возникает видение, объясняющее и наглядно демонстрирующее способ приведения в действие этого злополучного механизма.

Нужно было взять белую ленту (шириной в три пальца, точно помню), пропустить её конец сквозь дно лодки, захлестнуть за ось винта и, обернув этой лентой несколько раз неподвижную ось, вытащить её через дно обратно в лодку. Затем, связав (а скорее срастив) края этой ленты, превратить ее в бесконечный канат, которым можно было заставить винт работать.

Я попытался воплотить увиденное. Откуда же ВЗЯТЬ эту ленту? Тут же я узнал; эта лента во мне. Как только эта мысль оформилась, я увидел всю картину со стороны: ночной океан, в лодке сидим мы с Н., я, стоя на корме, манипулирую как бы пустыми руками, словно перетягиваю несуществующий канат. Лодка двигалась сначала неуверенно, потом все быстрее, по мере приобретения моего опыта в обращении с силовой веревкой. Сноровка появилась очень быстро, и дальше не нужно было уже тянуть ленту руками (вернее, ощущать, что ты тянешь что-то руками), а просто видеть, как она должна работать, и она работала. После этого всего берег, который мы чувствовали с корабля, быстро приблизился. Это была не естественная земля, а огромный остров, явно созданный кем-то в форме круглого непропеченного бетонного торта, ощетинившегося во все стороны серыми ноздреватыми лепестками мокрых от воды пирсов.

К одному из этих пирсов мы и пришвартовались. Помню, бетон был покрыт слизью, от чего неудобно было залезать с низкой лодки на эту постройку. Потом мы стали искать людей. чтобы узнать хоть что-нибудь об этом месте. Ходили долго, вокруг были звуки, шумы обитаемого мира, но на глаза никто ни попадался.