Некоторые ключи к языку снов

Не все сновидения относятся к возможному будущему и к событийным потокам вообще. Хотя практически все реальные путешествия происходят на причинном уровне. Причина всех иллюзий, то есть частностей, реальность.

Форма

I

Наши глаза приучены к определенности форм. Поэтому в сновидениях мы часто создаем образы, к которым наше восприятие тяготеет, там, где имеет место нечто совершенно расплывчатое. В силу нашей природы, до поры мы не можем обойтись без "перевода" того, что мы видим, на язык вещей.

При этом "переводе" для сновидца имеют значение два момента: точность воплощения, то есть соответствие качеств действительного качествам предмета, и понимание инерции форм. Например, если вы видите во сне летящую по небу белую простынь, то дальнейшее развитие событий обусловлено не только природой сгустка белого цвета, обозначенного в этом сновидении простыней, но и свойствами этой постельной принадлежности - тем, что она может запачкаться, порваться, упасть кому-то на голову и т.д.

Кроме того, припоминая сон, мы умеем соблазняться анализом формы, а не того, из чего возникла форма. Мы начинаем спрашивать себя, что нам напоминает эта простыня, нет ли на ней пятен спермы, пугались ли мы в детстве привидений - обо всем, что мы сможем придумать по этому поводу. Совершенно другие последствия были бы, выбери мы не простыню, а падающий снег. Хочу уточнить, что речь идет не о символах, а о непосредственном видении мира с позиций Зазеркалья. Символ же называет Силу, которая подразумевается "где-то там", а их совмещение здесь и сейчас становится магическим действием.

Принцип инерции формы работает не только в сновиденческих пространствах. Слова тоже почему-то очень легко отделяются нами от объектов, которые они именуют, и создают пелену снов как бы не спящих людей.

II

Рост от плоского до объемной формы происходит крайне незаметно. В эволюции сновидца случаются и резкие изменения качества восприятия, но общий фон ночных путешествий, освещаемый постоянным светом сознания, изменяется медленно и неотвратимо. Конечно, если есть стабильное и неистеричное усилие к пробуждению.

В этой неотвратимости видится характер действия Силы. Безмолвный создатель говорит с нами, и мы отражаем его, повторяем то - неразличимое, неслышное для себя, используя формы.

На разных уровнях восприятия, в разных ситуациях одни и те же формы вводятся нами в действие с разными значениями. В основном Сила говорит с нами (или мы "переводим" движение Силы) на том языке, который мы понимаем и в значение которого мы верим.

III

Символическое действие или предмет более употребимы во снах, нежели в сновидениях. В сновидениях им сопутствует особенная красота источника их существования - архетипного языка. Из-за древности этого языка не всегда различимо его глубинное тяготение к другому, менее сложному "переводу" реального.

Форма - это материализация в "привычное", знакомое прямого видения каких-либо аспектов Силы. Например, огонь, вода, воздух не существуют "материально" в сновидении, но энергии, качествами схожие с нами, носят их "имена".

Наша склонность привыкать, создает еще один языковый пласт или способ избежать реальности: если арбузы всегда были сладкими, то сладость станет арбузом. Особенно часто специфичность энергии закрепляется за присутствием тех или иных людей. Если мы чувствуем себя легкими и радостными в чьем-либо присутствии, то, когда мы встречаем подобную легкость где-то в своих странствиях, мы возможно создаем рядом с собой формы этого человека.

Итак, форма используется как знак.

IV

Хотя сны гораздо пластичнее, чем привычная нам физическая действительность, все же мы можем видеть в них только то, что не противоречит или по крайней мере не слишком противоречит нашему описанию мира, нашему пониманию миропорядка. В этом отношении сновидения возможны только для того кто сложил достаточно открытую систему мира.

Свет

неизвестен источник света,
который зовет домой
ни один из тяжелых предметов
без него не бывает собой

Свет универсальная характеристика для сновидений всех уровней. Качество и интенсивность светимости и освещения значат для наблюдателя больше, чем какие-либо другие нюансы.

В некоторых языках "свет" и "мир" обозначаются одним словом. Для сновидений это буквально, ибо источник света создает мир и разница в качестве источника есть разница между мирами.

Свет, озаряющий сновидения, производится ни Солнцем, ни Луной, ни какими-либо другими планетами. Соприкосновения со светом этих или других физических тел возможны, но как бы в другой части спектра. И все же тот наиболее тотальный, проникающий все уровни, не принадлежит ни одному из известных источников. Более того - его равномерность и неподвижность, видимо, и не подразумевают существования какого-либо источника как сгустка плазмы или чего-то подобного.

Это ошеломляюще, ибо означает, что мы всю жизнь опираемся на то, чего "никогда не было". Это значит, что все пейзажи нашего внутреннего мира, все дали, открывающиеся внутреннему зрению, существуют благодаря свету неизвестно чего. Опыт сновидений показывает, что словосочетание типа "тот свет" (то есть постсмертный) и "этот свет" - надо понимать буквально.